Личные инструменты
Счётчики

Политика

Материал из Lurkmore

Перейти к: навигация, поиск
Politota.pngОсторожно, политика!
Внимание! Это статья про нечто, имеющее отношение к политике. Она, вне всякого сомнения, заангажирована в чью-то пользу. Nobody cares.
«

Если вы не занимаетесь политикой, политика займется вами.

»
— Шарль Монталамбер
«

Политика — управление общественными делами ради выгоды частного лица.

»
— Амброз Бирс, «Словарь Сатаны»
«

Я трудиться не умел, грабить не посмел, Я всю жизнь свою с трибуны лгал доверчивым и юным, Лгал — птенцам. Встретив всех, кого убил, всех, кто мной обманут был, Я спрошу у них, у мертвых, бьют ли на том свете морду Нам — лжецам?

»
— Эпитафия политику авторства Р. Киплинга
b
РаССово верная политика

Политика — самая благодатная тема для срачей и огромная столовая для зеленокожих тварей. Причиной огромной популярности данной дисциплины СО является низкий порог вхождения. Ведь для срача «Линукс против Виндовса» требуется знать, что такое права админа, инсталляция, драйвер. Для участия в забеге «Наука vs Религия» нужно освоить хотя бы школьный курс биологии или осилить сектантскую книжку «Любит ли тебя Иисус?». Для политсрача же достаточно десять минут посмотреть Первый канал — и ты уже невротногою политаналитик. Граждане этой страны всегда активно участвовали в кухонных забегах, несмотря на действующий на дворе режим. Даже под угрозой цугундера и полного уничтожения, которые нередко причитались даже стороне, отстаивавшей политику партии.

Содержание

Определение

«

Разговаривают два друга. — Ты мне можешь объяснить, что такое политика? — Попытаюсь. Ты когда-нибудь видел член у комара? — Нет. — Так вот, политика — это еще тоньше…

»
— Политический онигдод

Педивикия дает с десяток определений этому понятию, что уже может вызвать нехилый срач.

Такая путаница в определении происходит из-за некорректного заимствования термина. В языке аборигенов Пиндостана есть два слова, имеющих схожее звучание:

  • politic — процесс управления государством (корпорацией, вообще любой системой на уровне, где данная система выступает как субъект ответственного планирования собственного развития), включающий стратегический анализ и планирование, а также их реализацию, согласование интересов, обеспечение суверенитета и т.д.
  • politics — заметили эту маленькую букву в конце? — искусство ссать быдлу в уши, попутно вешая на них лапшу, законодательные вбросы и срачи в парламентах для поднятия своего рейтинга и вообще весь PR бедных слуг народа. Именно politics обычно понимается под политикой в этой стране.

Оба термина при заимствовании были совмещены в слове «политика», что и порождает кровавую кашу в мозгах юных политилогов.

А так как население этой страны лучше всего знает, как играть в футбол и как управлять страной, то в этой статье будет попытка описать явление, основываясь на истории парламентаризма и на классификации основных современных (и не только) политических течений. Правильность управления страной каждый индивидуум понимает по-своему и стремится навязать всем остальным свою версию. ЧСХ, подобные стремления частенько приводят к революциям и мятежам с последующим отловом всех несогласных и установлением идеологически верной системы.

Классификация

По расположению стульев

b
Как трудно быть политиком в этой стране
«

Точка зрения зависит от места сидения.

»
— Л. Кравчук
«

Не так сели!

»
Дедушка Ельцин

Для того, чтобы качественно троллить «политически активных», необходимо знать, каких видов они бывают и на что дрочат. Итак, самый популярный способ классификации политических партий — по занимаемому месту в парламенте.

Во французском парламенте те, кто выступал за сохранение политического строя и сопротивлялся всяким сомнительным реформам, занимал место в правой стороне парламента; те же, кто мечтал быстро, решительно разрушить ненавистный политический строй до основания, а затем… сесть передохнуть и подумать, что делать дальше, — когда уже больше нечего ломать, — занимали левую сторону. Помимо этих крайностей были более сбалансированные партии, которые не столь сильно боялись перемен и были слишком богатыми, чтобы быть заинтересованными в том, чтобы всё поделить, — вот они и занимали центральные скамейки, изворачиваясь в камасутре компромиссов. Этот исторический опыт даёт нам классификацию политиков, согласно которой они делятся на правых, левых и центристов (иногда встречаются промежуточные версии, например, левоцентристы).

В английском парламенте всё обстояло намного проще: с одной стороны садились члены правящей партии, с противоположной — оппозиция. Если правящая партия фейлила, и избиратель проголосовал за оппозицию, то партии менялись местами. Остальным партиям разрешалось курить в сторонке на галерке, мечтая о том, что данная система когда-то изменится. Соответственно, эта традиция дает нам ещё одну классификацию, согласно которой партия может быть правящей, оппозиционной или маргинальной.

В СССР все обстояло проще: партия была одна. Избирателю предлагалось честно прийти на выборы и проголосовать за любого из предложенных кандидатов от партии, коих должно было быть не меньше одного. ????? Вин. А на самом деле, вопрос о том, кто должен быть при власти, решался традиционным методом склок и интриг. Эта традиция учит нас тому, что хомячки всегда готовы выбирать, даже если выбирать не из чего.

По цвету штанов

b
Наши политики. НАШИ! НАШИ! Как мы их обожаем и любим!
«

Когда у общества нет цветовой дифференциации штанов — то нет цели! А когда нет цели…

»
— Кин-дза-дза!

Для тупых хомячков, неспособных понять сложную систему политических партий, придумана цветовая классификация. Традиционно сложилась ассоциация коммунистов с красным лейблом; близких к ним социалистов ласково именуют розовыми. Национальным партиям принято клеить коричневые ярлыки фашистов. По чисто белому флагу всë той же Франции до революции монархисты выбрали себе цвет (мол, благородные белые люди). Анархисты вроде Махно взяли чёрный (простонародная чернь). Партизаны и бандиты взяли зелёный (чтобы героически прятать свой флаг в кустах).

Иногда наклейки раскрашиваются в произвольные цвета политтехнологами непосредственно перед политическими акциями. Так было создано два политических лагеря «оранжевых» и «бело-голубых»; остальные политические силы тоже решили не отставать и нарисовали себе кучу разноцветных флажков, но их усилия остались незамеченными.

Классификация умными словами

Однако классических двух категорий политоты оказалось недостаточно, потому что и «левые», и «правые» это всего лишь плоская абстракция от сложной и интересной реальной жизни. Единственным объективным (вне фраз и ярлыков) критерием можно считать интерес в экономических процессах. И если посмотреть под таким углом, то все политически партии исторически делились на:

  • Националистов (фр. nationalisme — букв. «народники»), идея которых в исходном смысле была проста: суверенитетом и полнотой политической власти должны обладать не каста дворян и не монарх, а весь народ. Националисты возникли и окрепли вместе с развитием торговых отношений между разными областями мест проживания одного народа, что и сделало идею «национальной республики» актуальным лозунгом. Проще говоря, националисты когда-то были демократами, революционерами, республиканцами и религиозными реформаторами, а начиная с французской революции — и атеистами. Сей классический период принято называть «романтическим национализмом», ибо изначально его двигал пафос литературы романтизма. С современными националистами, машущими ымперками на митингах, они не имеют почти ничего общего, но об этом ниже.
  • Либералов (лат. liber — «свободный»), придерживающихся мнения, что государству нужно как можно меньше вмешиваться в жизнь хомячков и не мешать естественному отбору как в политике, так и в экономике. Свобода, равенство, братство, отделение церкви от государства. Само государство — только ночной сторож. Почти все классические либералы были националистами (sic!), но националисты массово стали либералами только к французской революции, а до того обычно шли с лозунгами религиозных реформаторов как, например, немецкие и голландские националисты. К современным неолибералам также не имеют отношения.
  • Консерваторов (от лат. conservo — «сохраняю»), исторически выделившихся из первой группы. Консерваторы стремились любой ценой сохранить существующее положение, потому что, как правило, состояли из тех либералов, которые устроились лучше всего и извлекали гешефта больше всех. Само собой, их естественными союзниками становились всякие охранители торадиций типа аристократов и попов, боровшиеся против теснивших их капиталистов. В дальнейшем же консерваторами стали зваться сами капиталисты которых стали теснить как капиталисты поменьше, так и пролетарии. И чем более отсталой от развитых была страна, тем большую часть среди капиталистов составляли консерваторы, что крайне уменьшало вероятность успешной буржуазно-демократической революции. Каноничный пример — неудачная революция 1848 года в Германии. Категорически нельзя путать консерваторов с теми, кто использовал «консервативный» язык в политических целях как, например, большевики или эсеры, которые объясняли неграмотным крестьянам, что они де строят «царство божие на земле».
  • Анархистов (др.-греч. ἀναρχία — «безвластие»), вышедших из среды радикальных и революционно настроенных либералов. По их мнению чтобы все люди на Земле вольно зажили в коммунах, мало просто закрыть концлагеря и установить демократию, чем ограничиваются либералы, необходимо полностью отменить государство. Политически анархисты получились в результате раскола первого интернационала на анархистов и всех остальных — социалистов. У анархистов остаётся открытым для обсуждения и дискуссий, а потому вызывающий некоторые разногласия, вопрос об отмене или сохранении частной собственности.
  • Социалистов (лат. socialis — «общественный») или по-другому социал-демократов. Как и либералы они выступают за демократию, но считают, что все процессы в государстве, должны находиться под неусыпным контролем общества, чтобы обеспечить равномерное распределение социальных благ между гражданами. Появились в результате раскола второго интернационала — на коммунистов и социал-демократов — а до раскола и те, и другие назывались социал-демократами скопом. От коммунистов отличаются половинчатыми мерами — отбирают и делят не всё и не у всех, а только то, что надо, и у кого надо. В результате такой двусмысленности и неясности социал-демократы объективно стали отличными союзниками для правящих либералов, были прикормлены и скатились в обычный социально-патриотический популизм.
  • Коммунистов (лат. commūnis — «общий»), считающих, что лучший способ устроить социальную справедливость — не отбирать и делить, а уничтожить частную собственность как таковую, всё передать демократическому государству и ввести рабочее самоуправление в той или иной форме. В отличии от социал-демократов считали уравнивание ущербным, а демократический режим негодным вплоть до полной победы мировой революции, ибо война. А до того далекого момента видели приемлимой «диктатуру революционного класса» то бишь военную демократию для своих и военную диктатуру для чужих.
  • Фашистов (ит. fascio — «союз»), соединивших в себе социальную критику революционеров и охранительную политику консерваторов. Их цель — наделить государство такой политической силой, при которой ни олигархи, ни революционеры не смогут на него повлиять. Список консервативных ценностей (религия, семья, ксенофобия) и естественные союзники (консерваторы, попы и дворяне) в придачу. Здесь же национал-социализм, имеющий некоторые отличия, но по вышеописанной сути полностью совпадающий с фашизмом и фалангизмом. Всё то же самое: «предприниматель — фюрер для рабочих», «дети, кухня, церковь» и так далее. Государство под руководством светлейших умов и во главе с ВЕЛИКИМ ВОЖДЁМ, который лучше тебя самого знает, что тебе нужно, должны иметь абсолютную неограниченную власть, дабы в стране царили стабильность и закон, которые необходимы для процветания. Те, кто занимает активную гражданскую позицию, получают бесплатные лечение галоперидолом и путевки в непионерские лагеря.
  • Троцкистов и сталинистов. Сначала троцкистами были личные хомячки понятно кого, после смерти Ленина — левая оппозиция ВКП(б), а после выпила и левой, и правой оппозиции троцкистами начали называть всех хоть мало-мало демократических большевиков, то есть всех коммунистов, описанных выше. Сталинисты — это выразители интересов бюрократии, использовавшие патриархальные представления крестьян в свою пользу и осуществлявшие политику в условиях тотальной войны. По первым двум причинами неминуемо скатились в государственно-консервативное болото и вскоре были заменены аполитичными карьеристами брежневского разлива — совками. К сталинистам по сути относятся всевозможные маоисты, ходжаисты, чучхеисты и тому подобные коммуняки-государственники. В своё время и сталинисты, и совки были крайне популярны по всему миру. Во-первых, они создали форму капиталистических отношений, политически независимую от всемирного империализма, через избавление от финансово-экономической зависимости путём тотальной национализации, ибо местные банановые капиталисты оставались марионетками белых людей и никакую независимость получить не могли и не хотели. Во-вторых, сталинисты и совки нравились быдлу больше троцкистов, потому что не требовали от него больше, чем оно само хотело — например, экспорта революции, который вьетнамских и корейских крестьян мало интересовал.
Неолиберализм глазами Бидструпа
  • Неолибералов, возникших после того, как подавить революционные режимы силой не удалось, а жить по старой либеральной схеме — стало невозможно. От обычных либералов унаследовали только часть названия и ничего кроме. Если либералы выступали за ограничение государства, то неолибералы стали выступать за его усиления в интересах неолибералов. Если либералы выступали за свободу, равенство и тому подобное, и против дискриминации, например, расовой, то неолибералы стали ограничивать свободы своих противников и поддерживать ксенофобию, когда это было выгодно. Одним словом, неолибералы стали новой формой борьбы правящего класса за власть. Их визитная карточка — двойные стандарты и крылатая демократия. Российская власть с 1991 по сегодняшний день это неолиберальная власть, уверенно дрейфующая в сторону неоконсерватизма.
b
Суть неоконов от Карлина
  • Неоконсерваторов, возникшие как более консервативная вариация неолибералов. В экономике и политике были ещё более жесткими неолибералами, чем сами неолибералы, и ничуть не стеснялись открыто провозглашать небратство с иностранцами, неравенство мужчин и женщин и несвободу человека перед б-гом главными политические ценностями, без которых Ад и Израиль. Являются основными проводниками ксенофобии и религиозного фанатизма. Современные националисты и православные активисты это представители именно неоконсерватизма, искренне верящие, что хомячки их страны намного духовнее хомячков других стран. И если неоконсерваторов трудно отличить по их делам от неолибералов, то неофашистов от неоконсерваторов отличить еще труднее.
  • Неофашистов, которые отличаются от старых фашистов тем, что признают и парламентаризм, и ещё целый ряд невозможных для старых фашистов компромиссных мер возможными. Реально-практически они почти неотличимы от неоконсерваторов: разве что по внешним, исторически фашистским атрибутам, лозунгам и прочим внешним формальностям. Короче говоря, неоконсерваторы колеблются от квасного патриотизма до лютого православного расизма. Вопрос только в сакральных предметах: расисты отличаются от националистов тем, что сортируют хомячков не по паспорту, а по цвету шкурки и форме котелка, религиозные фанатики — по приближенности веры к истинной и так далее. Обычно националисты и фанатики разных народов и конфессий веселят зрителей терками между собой, но по-настоящему эпичные лулзы приходят в этот мир тогда, когда они внезапно объединяются для разборок с товарищами, которые желают отменить ВСЕХ богов и ВСЕ национальности, и воспитывать людей в духе атеизма и интернационализма.
  • Новых левых, возникшие как бунт молодых против бюрократизма ориентированных на СССР официальных коммунистов с одной стороны и несоответствия реальности и троцкистской практики с другой. Были представлены широчайше, дали миру много всяких интеллектуалов, террористов и партизан. Пошалили в ФРГ, Франции (май'68) и Италии и сошли на нет по мере стагнации социалистической системы в целом. Сегодня представлены утончёнными личностями, любящими посмотреть Годара, лайкнув левый репост в фэйсбуке.
Суть новых правых
  • Новых правых, которые суть те же неофашисты. Отличие в том, что новые правые отказались от ценностей фашизма и традиционных ценностей вообще, пытаясь выглядеть политкорректно и модно. В 90-е Дугин пытался сделать новоправую партию из НБП, но у него не получилось, сегодня же новые правые в России таки представлены в лице «Спутника&Погрома» и крокодилистов. Неполноценность рас новые правые заменяют их культурной несовместимостью с местными, секс- и нацменьшинства допускают, но объявляют плохими и негодными для нации. Австрийская Партия Свободы так и вообще входит в Либеральный Интернационал, что намекает. В сытых европах, живущих за счет труда мигрантов и банковских счетов банановых президентов, новые правые демонстрируют очень, очень неплохие результаты. Например, партия кандидата в президенты Франции Мари ле Пен это именно новоправая партия.
  • Посткоммунисты, являющихся рыночным переизданием брежневских карьеристов, удачно пристроившихся и пропагандирующих рыночный православный государственный социализм. Дабы остаться на плаву уже в 1996 году отказались от цели национализировать приватизированное.
  • Неокоммунисты, состоящие из 3,5 анонимусов: интернационалистов, атеистов, демократов и так далее. Субъектом (авангардом-двигателем) революции видят говно нации класс работников умственного труда, а не промышленных рабочих, вопреки каноничному Марксу. К Марксу относятся более чем позитивно, но марксистами по ленинской формулировке[1] не являются.

Перпендикулярные направления

Некоторые политически озабоченные граждане считают, что жизнь людей уже налажена и поэтому нужно озаботиться женщинами, мужчинами, пидарасами, неграми и животными. Подобными представителями политических процессов являются:

  • Зеленые — экологи. Мирные товарищи безобидны: пропагандируют альтернативные источники энергии, едят травку, курят травку, ратуют за сохранение различных видов зверюшек, сажают деревья — в общем, позитивные товарищи. Радикалы же полагают, что человек совершил грубую ошибку, когда слез с дерева и возомнил себя царем природы, и теперь обязан каяться, помогать тамбовским волкам восстановить свою популяцию, подкармливая их своими младенцами, и дауншифтнуться обратно в пещеры. Наиболее ФГМ-нутые из них считают, что всем хомо сапиенсам надо дружно принять истинную веру, а еще более упоротые — выпилиться как можно скорее.
  • Трансгуманисты — подобная зелёным группа наивных идеалистов, однако если первые усиленно ратуют за возвращение к корням и синтез с природой, то эти ребята во всю за обмазывание прогрессом и собирание всех возможных ништяков от науки. Регулярно участвуют в срачах по поводу использования стволовых клеток, клонирования, а также постройки роботов и возможности заморозить своё бренное тельце до лучших времён. В силу сложности вопросов оторваны от жизни ещё больше, предпочитая вести пропаганду с помощью разнообразной научной фантастики и выбивания баблищь на «революционные» исследования, хотя в принципе уже довольно прочно срослись с практической наукой в наиболее технически развитых стран вроде Японии или США.
  • Феминистки — движение за права бап. Раньше было весьма полезно, несмотря на некоторый ужас в идеологии. Именно благодаря суфражисткам ты можешь голосовать на выборах, анонимус-тян. В настоящее время представляют из себя нацисткие организации под псевдо-левацкой обёрткой, везде ищущие происки жидов-мужланов. Подробнее — в статье.
  • Маскулисты — движение, возникшее как ответ на вторую волну феминизма в США. Появилось оно примерно тогда, когда группа мужчин-либералов внезапно осознали факт того, что феминизм привел не к установлению гендерного равенства, а к отбиранию привилегий у мужчин и передаче их слабому полу, что привело, собственно, к дискриминации первых. Разумеется, феминистки от такой наглости не в восторге: доколе потные мужланы поставили под сомнение аксиому дискриминации женщин, ааа? Несмотря на реакцию, движение набирает популярность. Особенно в России, где гендерный вопрос стоит наиболее остро. В самом движении единства нет: в нем тусуются как умеренные либералы, требующие отмену призыва в армию и чтобы РСП хотя бы пускали отцов видеться со своими детьми, так и ебанутые радикалы, требующие окрепощения женщин и создания тотального патриархата везде, где только можно.
  • Гей -сообщество, возникающее в результате запроса шовинистов на мальчиков для битья, что подтверждается удивительной бессодержательностью гей-митингов и парадов. На Западе довольно успешно заменили белому человеку уже ставших неактуальных в качестве беззащитных жертв негров и рабов, в то время как в Этой стране с ними боятся прилюдно сотрудничать даже «свои» либералы.
  • Антифашисты, выступающие против деления людей на расы и нации, что сближает их с коммунистами и неолибералами. В зависимости от уровня упоротости своих членов, могут быть как и в принципе полезными движухами, так и своеобразной интернациональной пародией на своего оппонента, когда любое упоминание национальных различий становится поводом для агрессивной травли и угроз. В остальном же, вне национальных вопросов являются совершенно традиционными леваками разной степени радикальности.
  • Против политики вообще — логичный ответ человеческой психики на информационные потоки говна, подаваемого под политическим соусом. Внутренняя эмиграция, например.

Политота головного мозга

«

— Это безумие! — Нет, это политика!

»
— Капитан Джек Воробей

Завёрнутость мышления на политических темах, неумение от них отвлекаться. Со временем приобретает параноидальную форму.

Этот без сомнения печальный диагноз нужно отделять от нескольких прочих:

  • Политическое позерство. Позер на то и позер, что политота для него — просто очередной метод аттеншнвхорства.
  • Хомяк, чья суть заставляет его идти за какой-то точкой зрения в ожидании, что всё само за него сделается. В остальное от бурления время хомяк есть просто Homo bydlicus tipicus.
  • Политическая активность. Некоторые полагают, что все позиции одинаково ошибочны, кошерны лишь возвышенное неучастие либо едкое глумление над любой политтурбулентностью. Короче, каждый политанутый имеет общественную позицию, но не каждый, кто имеет общественную позицию, — политанут.
  • Плохая аргументация. Трижды правый может быть косноязычным хуйлом. А вот трижды политанутый, наоборот, может быть мастером витиеватого слога.
  • Вера в свою правоту. За верой иногда стоят реальные жизненные интересы, которые человек может даже не осознавать. Если человек подспудно понимает на опыте, что есть правда, то ему уже не надо рассуждать, чтобы действовать. Рассуждения — удел либо демагога, либо по-настоящему умного политика, а простой человек именно верил на протяжении всей человеческой истории и верит сейчас. И если он действует, а не бухает с друзьями, то так ли это плохо? Ему просто нужно учиться думать, а поводы умнеть государство ему даст. А вот вера больного политотой есть вера в Священную Корову, обычно никак не связанная с жизнью. Хороший пример адекватных и политических верующих — первые поколения революционеров потерянной России, у которых не было ни плана, ни доказательств, но было ясное понимание своих и чужих интересов. То же и у европейцев в Реформацию, когда политические интересы были выражены внутри символов веры и теологических истолкований, которые даже политическими программами назвать нельзя.

Для политанутых жизнь и политика — это всего лишь игра, у которой есть чёткие правила, требующая плоского мышления по контуру схемы. Можно сказать, очередное, только чересчур серьёзно воспринимаемое, хобби: одни угорают по футболу, другие по играм, кто-то по анальному сексу, а они вот по политике. Политанутые врут и себе, и остальным, и неспособны ни учиться, ни менять свою точку зрения, ни осознать свою политанутость, и участь их печальна.

Дисциплины специальной олимпиады по политике

Ковровое говнометание

Как известно, лучшая защита — нападение. Вместо того, чтобы сидеть в оборонительных окопах, вырытых «белыми» пиарщиками вокруг своего политика, отбивая потоки экскрементов противника, бравый олимпиец должен выступить с обличением оппонента во всех тяжких грехах. И да, в этом тоже.

Argumentum ad hominem, или Прицельное говнометание

Да и вообще, зачем тратить столь ценный продукт на защищенного охраной, отмываемого проплаченными СМИ и защищаемого другими претендентами на победу в социальной олимпиаде. Среди последних выбирается наиболее уязвимый экземпляр и объявляется педофилом, гомосексуалистом, девственником и импотентом… PROFIT.

Воспоминания

Конечно же, вы с легкостью убедите противника в своей правоте, если обратитесь к своим воспоминаниям о былой эпохе. Например: «Ах, как клаcсно было в 1942-м, мне тогда принадлежала вся Европа»

Ссылки

Примечания

  1. «…марксист лишь тот, кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата»