Персональные инструменты
Счётчики

Портал:Ниасилили/Варфоломеевская ночь

Материал из Lurkmore
Перейти к: навигация, поиск
Recycle.pngЭта статья находится на доработке.
Эта статья всё ещё не взлетела и не соответствует нынешним реалиям /lm/. Если 23.08.2017 не наступит решительного улучшения, статья подлежит безоговорочному уничтожению.Дата последней правки страницы: 22.08.2017
Варфоломеевская ночь
Warfolomeevskaya noch.jpg
Собственно.
Дата24 августа 1572 года
МестоФранция, Париж
ПричинаРелигиозные войны во Франции.
ИтогВыпилено около 30 килофранцузов
Стороны
католики протестанты
Командующие
Карл IX Валуа

Екатерина Медичи
Генрих де Гиз
Франциск Алансонский

Генрих Анжуйский
Генрих Наваррский
адмирал Колиньи†
принц Конде
Силы сторон
Французы-католики
светоч католической веры
королевская стража
швейцарские гвардейцы
Французы-протестанты
светоч протестантской веры
Потери
Стабильность во Франции
30000 французских протестантов
ЧСВ Генриха Наваррского

Варфоломеевская ночь (фр. massacre de la Saint-Barthélemy) — акт массового экстерминатуса французами французов только за то, что одни пели по-французски псалмы, которые другие пели на латыни. Стала самым настоящим мемом как среди современников, так и среди потомков. Входит в Палату мер и весов в номинации «Экстерминатус политических противников»

Содержание

[править] Накануне

К 1572 году в благословенном Французском королевстве сложилась любопытная ситуация. Страна фактически была расколота на несколько лагерей. На юге расположились владения французских протестантов a.k.a гугенотов, располагавших довольно мощными крепостями, в том числе меметичной Ла-Рошелью, сильными личностями в руководстве, втихую поддерживаемых бунтующими Нидерландами и английской королевой Елизаветой и представлявшие собой вполне себе рассадник большого гемора, северная часть страны, включая Иль-де-Франс придерживалась католицизма, а остальные области криком кричали что-то вроде «Мудаки! Дайте пожить спокойно! Задолбали воевать!». После того, как очередная религиозная войнушка между папистами и протестантами завершилась Сен-Жерменским миром, протестанты набирали все больший вес и силу при дворе, склоняя короля к маленькой победоносной войне с Испанией за Нидерланды, не думая о последствиях и позабыв пиздюли, полученные от спанишей во время Итальянских войн. Естественно, растущее влияние еретиков беспокоило католиков — аристократов, которые группировались вокруг мамки короля — Екатерины Медичи и клана лотарингских герцогов Гизов, из которых наиболее выделялся Генрих — классический боевой пидарас и бисексуал? видящий себя во влажных мечтах на троне Франции. Вопреки стереотипам, Гиз не был ёбнутым на всю башку католиком, а был банальным карьеристом, который используя папистов-фанатиков, хотел вернуть свое влияние на короля, положение при дворе, и убрать с дороги конкурентов из протестантской партии. Лидерами же протестантов были адмирал Колиньи и король Наварры Генрих Бурбон.

Действующий же король Карл IX был классическим королем-тряпкой и относился к ситуации в стране с откровенным похуизмом. С целью закрепления слепленного из палок и говна перемирия, было решено женить Наваррца на страдавшей бешенством матки в терминальной стадии сестре короля Маргарите Валуа а.к.а Королева Марго.

b
La Reine Margot de Valois в естественной среде обитания

Свадьба оказалась довольно комичной — на вопрос проводившего венчание кардинала Бурбона согласна ли Маргарита стать женой короля Наваррского, та презрительно молчала. Тогда стоявший сзади король Карл просто отпустил ей увесистую пиздюлину в затылок, от чего Марго аж взвыла от боли и немного склонила голову. Этот жест был расценен кардиналом, как согласие невесты. Генрих в ответ на вопрос, согласен ли он взять Маргариту в жены, сказал «Да!» и рассмеялся. Далее Маргарита и католики пошли на мессу в Собор Парижской Богоматери, Наваррский же со свитой протестантов остался у входа, ожидая жену, и отпуская по поводу проходивших мимо дам комменты типа «А этой я бы вдул.»

На свадьбу приехали примерно 4000—5000 протестантов, в основном из южных провинций. Парижане к ним относились соответствующе. Естественно, видевшая это баба Катя Медичи и герцог де Гиз разработали хитрый план — одним ударом выпилить верхушку протестантов, а остальных запугать до усрачки. В то же самое время лидер протестантов адмирал Колиньи откровенно заебал Карла IX своим прожектом о введении войск в Нидерланды. Смекнув это, королева-мать и Гиз решил выпилить остоебавшего всем адмирала, но покушение зафейлилось. В ответ депутация гугенотов ввалилась в Лувр, требуя справедливости, и пригрозила, что ежели король не найдет стрелка и заказчиков, то гугеноты начнут творить самосуд. Утром 23-го на королевском совете Екатерина решает сказать всю правду королю. Карл не верит, он просит доказательств и Екатерина просто подводит Карла к окну, где во дворе 200 или 300 гугенотских дворян выкрикивают угрозы и требуют короля поговорить с ними. Естественно Карлуша отложил тонну кирпичей и предпринял попытку спрятаться под мамкиной юбкой. Екатерина, понимая, что сын уже готов, предлагает упредить еретиков и нанести удар первой. Карл в ответ завопил «Убить всех», таким образом дав санкцию своей мамке и Гизам на дальнейшие действия. Екатерина в радости, что короля сравнительно легко удалось уломать, встречается с Гизами и передает желание Его Величества. Затем был составлен расстрельный список, в который не стали включать Наваррца и Конде, дабы использовать их как противовес охуевшим Гизам. Прево Парижа получает приказания запереть все городские ворота и отвести лодки на Сене на другой берег. Старшины столицы понимают это на свой лад — значит будет поголовное выпиливание еретиков, мелочиться не стоит. На дело идут даже обитатели парижского Двора Чудес, самого большого рассадника гопоты средневекового Парижа. Главный лейтмотив встречи — предполагается избиение гугенотов, можно поучаствовать и нагреть руки, протестантов в городе ненавидят, считая их более удачливыми в делах и агентами Англии. И все заверте…

[править] Бойня

Ночью люди де Гиза, королевская стража и швейцарцы в целях идентификации товарищей по оружию нашили себе на головные уборы белые кресты, затем ударил колокол и понеслась… Первоначальный план Екатерины и Гизов выпилить адмирала и 30-40 гугенотских VIPов пошел по пизде с первым же ударом колокола, когда на улицы повалило вооруженное до зубов парижское интеллектуальное большинство. Всякий, случайно подвернувщийся под руку парижанин, ну и разумеется, тот, у кого не было креста на шляпе, автоматически попадал под молотки. Пока шла резня между католическими и гугенотскими отрядами, под шумок парижское быдло грабило и богатые католические дома, убивая каждого при малейшем сопротивлении. А некоторые и вовсе тупо сводили личные счеты, здраво полагая, что война все спишет. Так, хорошо известный всей Франции ебарь-террорист и мастер клинка де Бюсси уверенно выпилил собственного родственничка, рассчитывая получить его титул маркиза. Посланный следить за порядком брат короля Генрих Анжуйский, имевший под началом 800 солдат и 1000 конников принялся грабить ювелирные лавочки и ростовщиков около Собора Парижской Богоматери.

"Были обобраны дома гугенотов числом около четырех сотен, не считая наемных комнат и гостиниц. Пятнадцать сотен лиц было убито в один день и столько же в два последующих дня. Только и можно было встретить, что людей, которые бежали, и других, которые преследовали их, вопя: «Бей их, бей!» Были такие мужчины и женщины, которые, когда от них, приставив нож к горлу, требовали отречься ради спасения жизни, упорствовали, теряя, таким образом, душу вместе с жизнью. Ни пол, ни возраст не вызывали сострадания. То действительно была бойня. Улицы оказались завалены трупами, нагими и истерзанными, трупы плыли и по реке. Убийцы оставляли открытым левый рукав рубашки."

Обычная ситуация той ночью

В это же самое время Гиз с отрядом вооруженной челяди, швейцарцев и просто гопоты направился в особняк Колиньи. Конец был немного предсказуем — адмирала выпилили, его отрезанную голову водрузили на пику и повезли с собой, перед этим отрезав мертвому Колиньи МПХ и бросив детям — играться.

Вышеназванные Гиз, д’Омаль и д’Ангулем напали на дом адмирала и вступили туда, предав смерти восемь швейцарцев принца Беарнского, которые охраняли дом и пытались его защищать. Они поднялись в покои хозяина и, в то время как он лежал на кровати, герцог де Гиз выстрелил из пистолета ему в голову; затем они схватили его и выбросили нагого из окна во двор его отеля, где он получил еще немало ударов шпагами и кинжалами. Когда его хотели выбросить из окна, он сказал: «О, сударь, сжальтесь над моей старостью!» Но ему не дали времени сказать больше.

Из доклада испанского посла

Охуевший от такого поворота событий Генрих Наваррский не на шутку сдрейфил, и начал весьма эффективную игру в прятки по всему Лувру. Водящими были братья Гизы, и еще пара десятков заинтересованных в успехе дела католицизма аристократов. Отбросив в сторону сомнения, вооруженная благими намерениями, а так же кинжалами, рапирами и прочим колюще-режущим металлоломом, вся гоп-компания ввалилась в покои мадам де Сов, фрейлины королевы-матери, рассчитывая застать Генриха в неловком положении «упор лёжа» на вышеупомянутой барышне. Но хитрый Навварец всех наебал, и ушел проводить брачную ночь с женой. Удивительно, но факт, никому не пришло в голову искать его там, хотя для приличия все же посмотрели. Но, уже королева Марго застывшая в ожидании бурных оргазмов проявила супружескую солидарность и честно сказала: «Чого нема, того нема». Хотя справедливо было бы предположить, что после обнаружения Генриха в ее спальне веселая компания линчевателей не обращая внимания на ее связи устроила бы Марго незабываемую ночь из числа тех, что подробно описаны в порно-фильмах, а подобный исход новобрачную отчего-то не радовал. Хотя одного из своих ебарей — Габриэля де Леви, барона де Лерана королева Наваррская таки спасла тем, что накрыла собой, а вломившиеся в ее покои королевские солдаты подумали, что Ее Величество трахаться изволят и пошли выпиливать других еретиков. А в это время государь всея Франции, развлекал себя старинной французской забавой «стрельба по людям из окна», мерзко при этом хихикая. К слову сказать, перенаселение стране при таком короле не грозило, и это можно решительно зачесть в один из плюсов правления Карла. В конце концов Карлуша таки попячил Наваррца, наставил на него ствол и поставил перед выбором — есть два стула, на одном клинки точеные, на другом хуи дроченые смерть, Бастилия или месса. В итоге, отложив тонну кирпичей, Генрих таки принял католичество и на пару с принцем Конде был отправлен под замок в свои покои. Убийства продолжаются, и 25-го, и 26-го, и в последующую неделю. Карл, Екатерина, Анжуйский уже и сами не рады, что открыли крышку, выпустившую демона. Но поделать ничего не могут — на улице рулит парижское быдло. При этом парижане в наглую заявляют Гизам и королевской семье, что они хлюпики и вафлежуи, обвиняя их в «умеренности», и требуют продолжать убийства. Постепенно замес начал стихать, потихонечку предводители бойни начинают уже прятать знакомых и родственников из протестантской партии, говоря, что «они примут католичество и пойдут к мессе». Они сами в ужасе, ведь для всего мира и населения — именно они, королевская семья и Гизы — главные зачинщики резни. И теперь уже от этого не отмыться. Идея Екатерины Медичи о совместном выпиливании гугенотов и Гизов была обычной самонадеянностью сильного политика, который свято верил, что может управлять ситуацией на каждом ее этапе. Но, как говорится, хотели как лучше…

[править] Реакция общественности

Мировая общественность, сиречь другие страны отреагировали на известие о Варфоломеевской ночи по разному. Например, испанский король Филипп II, узнав о Варфоломеевской ночи, в первый раз за много лет открыто рассмеялся. Обычно некоторые анонимусы считают это признаком болезни католицизмом головного мозга в терминальной стадии, но на самом деле король ржал хотя бы потому, что его Испашка в этот момент находилась в жутких бигудях. В Нидерландах испанская армия увязла по самую жопу, испытывая анальные боли, причиняемые лесными и морскими гёзами, за год до Варфоломеевской ночи удалось опиздюлить турок при Лепанто, но эта победа не сыграла толком никакой роли, а, выражаясь словами турецкого посла, только подпалила туркам бороду. Кроме того начались проблемы с Англией. Если бы еще напала и Франция — сил у Испании могло не хватить. А тут — подарок небес! Мало того, что наступление откладывается, так еще и во Франции начинается новая Гражданская война, то есть теперь французы на долгое время небоеспособны и выведены из большой политики! Когда вести о ночи Святого Варфоломея дошли до английской королевы Елизаветы, то королева Лиззи чуть было не фалломорфировала, несмотря на гендерные различия. Она сразу же прекратила все разговоры о союзе и сватовстве Франсуа Алансонского, а конвенциями, заключенными с Францией благополучно подтерлась. Но в то же время Елизавета послала нахуй и гугенотов, ибо считала, что у них после резни нет реальной силы. При папском дворе резня гугенотов в Париже вызвала изначально бурную радость, стреляли салюты, пелись гимны «Тебе Бога славим» и т. д. Но к сентябрю начали поступать реальные данные, что и как произошло на парижских мостовых, и отношение к резне медленно начинает меняться. Особое озлобление Рима вызвало то, что Париж под дело о резне в ночь Св. Варфоломея начал требовать денег на убийство своих подданных, которые посмели иметь отличное от правительства мнение. Венеция на словах поздравила Францию с избавлением от гугенотской угрозы, но резко перекрыла кредиты — все свободные средства направлены на войну с турками. Даже Эта страна, согласно сообщения Агентства ОБС не осталась в стороне. В переписке с германским императором наш государь, царь и Великий князь Всея Руси Иоанн Васильевич узнав о событиях Ночи Святого Варфоломея заявил буквально следующее:

“А что...… скорбеть о кроворазлитие, что учинилось у францовского короля в его королевстве, несколько тысяч и до сущих младенцев избито, и о том крестьянским государем пригоже скорбети, что такое безчеловечество францовский король над толиком народом учинил и кровь толикую без ума пролил”

Иван Васильевич дает характеристику

Тащемта, если подвести итоги, Варфоломеевская ночь низвергла Францию в политическую жопу и бойкот со стороны других стран.

[править] Действующие лица и исполнители

  • Карл IX - король - тряпка, классический мамкин пездюк, дорвавшийся к власти после смерти своего брата-малолетки Франциска II. Аки говно в проруби метался между католиками и протестантами, пока под давлением мамки и Гизов не дал отмашку на то, чему посвящена основная статья. После ночи проправил два года, а потом словил гнойный плеврит и сдох в тяжких мучениях, кровь сочилась из кожи, харкал кровью от туберкулеза. Педивикия доносит, что Карлуха не был таким уж долбоебом, а был тащемта неплохим человеком, но это не сделало его автоматически годным королем.
  • Екатерина Медичи — тёща и мамаша. Тёща Генриха Наваррского и мамаша четырёх братьев - дохлого на тот момент Франциска, короля Карлуши (так уж вышло, что теперь ужé старшего), следующего короля Генриха Третьего (среднего, не Наваррского) и принца Франсуа-в-пролёте-Алансонского (младшего). А ещё она была из славного рода Медичи. Короче, политика и власть превыше всего. Выдать католическую дочурку за протестанта королевской крови (Генриха Наваррского) не вопрос. Лишь бы бы утихомирить быдло и обеспечить поток спайса, дав авансы сразу обоим местным движухам активных несогласных. Спланировать взаимовыпил католикнутых на всю башку Гизов и протестанской элитки - как два пальца... Но не фартануло, — обе стороны конфликта оказались слишком упёртыми. И пришлось накануне сабжа реально выбирать между морем говна и островом с хуями.
  • Генрих Гиз — герцог Лотарингии, сын эпичного Франсуа де Гиза, пиздившего протестантов за десять лет до Варфоломеевской ночи. Боевой ахтунг-бисексуал. В отличие от папки по молодости вел жизнь классического малолетнего мажора-долбоеба, в компашке короля Карла IX, герцога Анжуйского по ночам бегал по городу, избивал прохожих, врывался в дома и ебал все что движется, а что не движется двигал и ебал. Во время одной из таких прогулок поймал украшение в виде шрама на пол-еблища, за что получил погремуху "Меченый". Периодически потрахивал и свою двоюродную сестренку Марго. После ночи стал настоящим объектом фапа со стороны больных католицизмом головного мозга лягушатников, запилил Святую Лигу для борьбы с недобитыми протестантами и всерьез планировал водрузить свою жопу на французский трон, но был выпилен телохранителями Генриха III.
  • Франсуа Алансонский - младший брат, ещё один переобувальщик, принц крови, претендент на престол первой очереди, бабник, ни разу не девственник, знамя оппозиций, интриган, и просто нелюбимый мамашкой лузер. После смерти старшего брата Карлуши IX, должен был стать королём (ибо средний брат Генрих (будущий Генрих III) упиздовал крульничать в далёкую Польшу и, вроде как, потерял право на Французскую корону), но был хитро кинут мамашей и брателлой Генрихом. Будучи обойдённым в порядке престолонаследия, постоянно участвовал во всех заговорах, но при их провалах неизменно хитро отмазывался. Затем попытался водрузить свою принцеву жопу на трон Нидерландов, но жители страны тюльпанов его уверенно пидорнули. В конце концов устал проёбывать полимеры и отбросил коньки от туберкулёза, помноженного на острейший недопереёб. Также небоходимо отметить, что после внеочередного воцарения среднего брата (Генриха III), герцогство Анжу и соответствующий титул "Герцог Анжуйский", было отдано Франсуа в качестве отступного. И под этим титулом Франсуа Анжуйский (бывший Алансонский) фигурирует во многих исторических/художественных источниках. А что бы окончательно запутать картинку, при рождении ему дали имя "Эркюль" = "Геркулес", так как Франциском или Франсуа звали его самого старшего брата.
  • Генрих Анжуйский - средний брат и мамашкин любимец. Не девственник, тролль, бисексуал, впоследствии ахтунг. При жизни старшего брата был выбран королём далёкой Польши местными аборигенами. Но, как только старший брат принял ислам, благодаря интригам мамаши решительно оттуда съебался, спиздив весь золотой запас у пшеков, и стал внеочередным французским королём Генрихом III. Завел при дворе целую кодлу таких же как он боевых пидорасов-миньонов, с которыми периодически упражнялся в фехтовании, а потом вкладывал им в ножны свою кожаную шпагу (а может и наёборот). Алсо весьма толсто троллил свое ближайшее окружение - принимал послов или советников сидя на горшке, а на торжества по случаю одной из немногих военных побед припиздил вместе с миньонами ,переодетым женщинами, и устроил представление группы "Тату" с обратным знаком. Выпилил Гиза, но спустя год получил ножом в живот от ебнутого монаха-доминиканца Жака Клемана.
  • Адмирал Гаспар Колиньи - сухопутный адмирал, лидер протестантов и довольно унылый полководец, неоднократно получавший пизды от испанцев и имперцев в ходе Итальянских войн. После увлекся политикой, ебал мозги Карлу IX по вопросу интервенции в Нидерланды, в итоге был выпилен Гизом и его людьми.
  • Людовик Бурбон, принц Конде - нехилая гугенотская шишка на ровном месте, второй по значимости протестант после Колиньи, женатый на его племяннице. Ещё в молодости мерялся хуями с Гизами, желая сам рулить малолетним королём. Не фартануло. В итоге заболел жабой дыхательных путей и решился запилить всю эту спецолимпиаду между католиками и гугенотами (иначе говоря, если бы не Конде - не было бы и Варфоломеевской ночи). В конце концов был убит по приказу будущего Генриха III-го, не дожив до ИРЛ статьи аж целых 3 года.
  • Генрих Бурбон, второй принц Конде - сынок вышеупомянутого Людовика и до кучи двоюродный брат Генриха Наваррского. Резко поменял свои религиозные взгляды во время Варфоломеевской ночи, но, сцуко, почему-то передумал, когда унёс свою задницу подальше от католических шпаг и алебард. По сути — тупой солдафон и фанатичный гугенот; был нужен протестантам лишь как и. о. своего дохлого папки — этакий герой-полководец, хуле! Носился по полям сражений аж целых 15 лет, умудрившись в итоге стать губернатором Пикардии, но как-то внезапно откинул копыта через год после этого (там вообще мутная история — то ли жена отравила, то ли сам Наваррский презлым заплатил за предобрейшее, сам захотел царствовать и всем владети... хер его знает).
  • Генрих Наваррский - молодожён, тролль, лжец-кучуразпереобувальщик, и ни разу уже не девственник.

Был выбран в женихи по политическим мотивам:

  1. породистость (прямая боковая ветвь Капетингов, позже их официально обзовут Бурбонами);
  2. батя был протестантского вероисповедания (что и пытался внушить сынку, однако по ходу оперы тот оказался хитрее).

Итого, товарищ был выбран подходящей скрепой для восстановления национально-религиозного единства, ради чего и был затеян брак с Маргаритой Валуа. После ночи принял католичество, но потом обратно переметнулся и так до самого своего воцарения на французском троне, после чего, согласно данным агентства ОБС произнес крылатую фразу "Париж стоит мессы". Попытался навести порядок в стране, для начала введя Нантский эдикт, закреплявший веротерпимость во Франции, но это был скорее фэйл чем вин, ибо протестанты по факту получили 200 крепостей, укрепленных по всем правилам, что вызвало острый баттхерт у Папы и католиков Франции. В принципе, был довольно годным королем, но все равно в 1610 году словил перо в шею от католикнутого на всю верхнюю голову фанатика Франсуа Равальяка на улице Ферронри (надмозг. Улица Медников). Своими подвигами на полях брани и ебли спровоцировал появление песни "Жил был Анри Четвертый..."

  • Маргарита Валуа (куда же без неё. На момент движухи — уже пол-дня как «Наваррская») - принцесса, ТП на выданье, ни разу не девственница, и просто политический капитал в руках хитрой мамаши. Страдала бешенством матки в терминальной стадии, регулярно участвовала в групповушках с собственными братьями и герцогом де Гизом, при этом имея туеву хучу любовников, в том числе пресловутого Ла Моля. Ценность для этой истории в представляет только как повод для перфоманса и названием книжки. Впрочем, в критический момент спрятала под своей койкой Генриха Наваррского, а другого своего ебаря спасла накрыв собой.

[править] Подведем итоги

В итоге, и так бывшая весьма фуфельной и непрочной, стабильность во Франции окончательно накрылась медным тазом. Несмотря на то, что протестанты потеряли в резне практически всех своих боссов, но вместе с тем, злоба и ненависть к католикам за выпиленных товарищей продолжала стучать в их сердца. Как и всегда бывает в истории, лишь нахлебавшись собственной крови, толпа поняла, что все сделанное - бессмысленно и мелко. Полностью разрушенные города и села, нищее население, раздираемая гражданской войной страна- это все последствия той ночи. Попытки Генриха Анжуйского под шумок выбить охуевших протестантов из Ла Рошели и других крепостей накрылись медной пиздой — одно дело резать полусонных еретиков, другое — осаждать крепости, укрепленные по всем правилам военной науки. Больше того, вскоре Геше (через пару лет переобувшемуся взад в короля Франции) было предложено стать крулём Польши, в результате чего, забив болт на осаду Ла Рошели (она ещё долго потом не будет сдаваться); Генрих отправился крулёвствовать в страну буйных панов и фапабельных блондинистых панночек, откуда вскоре съебался, дабы водрузить свое седалище на французский трон. Впереди Францию ждали пять религиозных войнушек, из которых самой эпичной была «война трех Генрихов», в ходе которой последовательно были выпилены главный фигурант Варфоломеевской ночи Генрих Гиз, а потом и сам король Генрих III получил перо в живот. Затем хитрожопый (должен остаться только один) Генрих Наваррский все-таки словил себе Французскую Корону, в очередной раз приняв католичество, подмахнул гугенотам Нантский эдикт, закреплявший веротерпимость во Франции. До логического завершения процесс курощения протестантов доведет кардинал Ришелье, который возьмет Ла Рошель. Но это уже совсем другая история…

[править] Альтернативное мнение

Справедливости ради, стоит отметить, что протестанты тоже были далеко не ангелочками. Например, в 1567 году в Ниме французские протестанты устроили массовое убийство католических священников и монахов. Во время ярмарки они собрали важнейших католиков, убили их и бросили в колодец. Конечно, масштабы Мишелады в Ниме не сравнимы с Варфоломеевской ночью — в результате погибло около 90 человек. Но факт остается фактом: гугеноты занимали активную позицию в Религиозных войнах, и их никак нельзя назвать бедными овечками. Да и вообще, Колиньи и ко, не рубя фишку в политической ситуации, толкали Францию к локальному Апокалипсису - войне с Испанией за Нидерланды, видимо позабыв пиздюли, которые им выписали в Итальянских войнах объединенные сборные Германии и Испании. Таким образом, в действиях Екатерины Медичи и ко было здравое зерно - столкнуть две противоборствующие группировки и поиметь профит от их взаимовыпила, но получилось так, как всегда получается, если хочешь как лучше. Справедливости ради, если католикам не удавалось застать протестантов врасплох в ходе ночи, те дрались с яростью крысы, припертой к стенке и отвечали нападающим пиздюлями и шпагами. Так, чтобы выкурить трех протестантов, засевших в гостинице «Три короля» паписты устроили полномасштабную осаду. А трое безымянных еретиков выдержали эту осаду по всем правилам военного искусства, взять их смогли только 8-м штурмом, зайдя одновременно с дверей, окна и крыши. При этом нападавшие потеряли 12 человек убитыми и 18 — раненными, а общее количество осаждающих к последнему штурму достигло 200 человек. Да и вообще, Варфоломеевская ночь идеально укладывается в событийную канву того жестокого времени, на которое выпали и тюдоровские огораживания в Англии, и стокгольмская кровавая баня и Нидерландская революция, заслуживающая отдельной статьи, да и, что уж, там аккурат в год Варфоломеевской ночи, один царь далекой северной страны, населенной ручными медведями только-только отменил опричнину. Одним словом, жил человек и нет человека, жестокое время, суровый век!

[править] Значимость в культуре и не только

[править] Книгота

Когда мы слышим о Варфоломеевской ночи, то прежде всего в наш русский надмозг приходит папаша Дюма со своим винрарным романом "Королева Марго". Всё бы ничего, вот только изложенные в нём факты являются правдой чуть более, чем нихуя. Дюма же! Сама Марго вдруг делается умнейшей+честнейшей женщиной эпохи, по самые помидоры союзной своему свежеиспечённому муженьку, все гугеноты лёгким манием руки превращаются в белых и пушистых, Екатерина Медичи шутя набирает +100 к кровожадности, а сам Карл IX на полном серьёзе спасает Генриха Наваррского от смерти в доме своей любовницы... Мутотень, короче, почище нынешней американской пропаганды, но читается на едином дыхании, блеать! Ибо Дюма - гений! Такие дела. Кстате, входит в трилогию о гугенотских войнах, где помимо оной присутствуют такие нехилые романы, как "Графиня де Монсоро" и "Сорок пять".

Не следует также забывать о "Хронике царствования Карла IX" Проспера Мериме. Эмммм... С одной стороны - лайт-версия "Королевы Марго" Дюма-отца, канешна. Но с другой - до исторической правды не доебёшься! Ибо никаких документально подтверждённых фактов не шатает! Всё, содержащееся в данном романе, запросто могло быть в риальнасте, поскольку акцент смещён на описание каких-то левых любовных отношений промежду рядовыми французскими дворянчиками Мержи и Тюржи, об которых даже Аллах не слышал, а всяческие Карлы, Генрихи и Марго идут... фоном, а не тем, чем ты подумал, анон. Телегенты, которым довелось прочитать сие произведение ранее, чем "Королеву Марго", прямо-таки ссут кипятком от удовольствия! А прочитав "Марго", обзывают Дюма плагиатором и с гордым видом идут дрочить на остальные писульки Мериме (словив в итоге мозгошмыга нехилый такой баттхёрт, ибо ничего круче Просперушко уже не написал, увы!)

Понсон дю Террайль. "Варфоломеевская ночь". Не читал, но одобряю.

Генрих Манн. "Молодые годы короля Генриха IV". - сказ про то, как Беарнец к успеху шел. Описан весь тот трэш и угар, который творился во Франции, в том числе и предмет данной статьи. Правда не в таких красках как у старика Дюма

(на остальное смело можно начхать)

[править] Фильмота

[править] Алсо

Варфоломеевская ночь является бурным объектом фапа со стороны тех особей человека, которые изучают не историю, а все-таки патриотизм. Любой тред или чятик, в котором обсуждается личность Ивана Грозного не обходится без упоминания о Ночи Святого Варфоломея, как образца дикой и бездуховной сущности этой вашей Западной Европки. О том, что по сути ночь была эпизодом вялотекущей серии гражданских войн, помноженных на религиозную почву, а Грозный царь со своими опричниками тупо выпиливал недовольных его правлением бояр, поцреотическая общественность тащемта не вспоминает Алсо нее так давно, по историческим меркам в стране пива и сосисок последовательно грянули ещё две именные ночи, - "Хрустальная ночь" и "Ночь длинных ножей".